Category: животные

Category was added automatically. Read all entries about "животные".

Сайонара, Колобок!

Наскоро перебинтовав медведя, Колобок во весь дух помчался дальше по лесной тропинке. "Только бы не опоздать, только бы не опоздать!...", - колотилась единственная мысль у него в... эээ... колобке.

На этот раз он, к счастью, успел.

Выкатившись из-за поворота на полянку, Колобок что есть мочи заорал, отплевываясь сосновыми иголками и прочим мусором с тропинки:

– Стой!!! – зашелся кашлем, но продолжал кричать. – Остановись, не делай этого!!!

– В чём дело? – неприятно изумилась Лиса...

Аргументы Колобка - 2

Дед и Колобок уходили всё дальше и дальше от родного дома. Иногда дед начинал жалеть, что послушал Колобка и ушел от бабушки. Тогда он падал духом, садился на пенек, тихонько плакал и спрашивал Колобка:

— Доколе нам еще скитаться?

— До самыя смерти, дедушка, до самыя смерти, — весело отвечал Колобок, и деду сразу становилось легче.

— Ничего, — говорил он, — ино еще побредем тогда!

Так они и коротали время в дороге за шутками и прибаутками .

Зайца они встретили на поляне. Заяц косил. В обоих смыслах.

(дальше)

Аргументы Колобка

Первым, кого встретил Колобок, удрав через окно, был вовсе даже не Заяц.

Едва успев выкатиться за ворота, наш беглец с ходу наткнулся на дедушку.

Знакомы они не были, встретились лицом к лицу впервые. Пока бабушка Колобка месила, стряпала и студила, дедушка шатался по деревне, стараясь унять бурчание в животе запахами из чужих сусеков.

Но оба как-то сразу поняли шестым чувством друг про друга, кто есть кто.

Дед, бросив клюку, присел на полусогнутых и растопырил руки как можно шире.

Колобок молча попробовал обойти деда обманным финтом. Зыркнул глазками налево, а сам метнулся вправо. Не вышло.

– Даже и не пытайся, – сказал дед. – Меня сам Яшин хвалил, когда я еще дитём на "Кожаном мяче" за наш район на воротах стоял.

Колобок попробовал соврать
стид

Долго и счастливо

- Прошу прощения, уважаемый Порфирий Петрович, что изволили побеспокоить вас в такое время, - сказал голос. - Увы, нынешние наши дела требуют необходимого вашего присутствия.
Пристав следственных дел открыл глаза. Он лежал на тёплом деревянном полу. Прямо перед Порфирием сидел огромный волк серой масти. Густая шерсть зверя лежала так ровно, словно над ней в поте лица трудился собачий парикмахер. Большие глаза волка совсем по-человечьи смотрели на пристава.
- Не бойтесь, это я говорю. - Голос, по всей видимости, исходил из волчьей пасти. - Я хоть и выгляжу как зверь, но вам не опасен.
- Где я?
- В данный момент вы спите у себя дома, - ответил волк. - К моему глубокому сожалению, сон - это единственный способ попасть из вашего мира в наш. Я ни за что бы не посмел побеспокоить такого уважаемого человека, как вы, по пустякам. Требуется ваша помощь и консультация.
- И куда именно я попал во сне? - спросил пристав.
- В своих легендах вы называете это место Тридевятым царством. - На волчьей морде промелькнуло некое подобие ухмылки. - Считайте, что попали вы в сказку. Это одна из комнат дворца.
Порфирий Петрович улыбнулся, вспомнив нянины рассказы при лучине.
- А вы, как понимаю, тот самый Серый Волк, - пристав осмотрелся. Примерно так себе он и представлял в детстве комнату царского дворца. - А где же ваш Иван-Царевич?
Collapse )

Утомлённые репкой. 2.0

...Тянут-потянут, вытянуть не могут. Кликнули Мышку.

Мышка откликнулась, она была очень отзывчивая. Но цепляться за Кошку не спешила.

Обошла Репку кругом раз, другой. Подняла комочек земли, задумчиво растерла, пожевала. Осторожно потрогала ботву, понюхала...

Потом сказала решительно:

– Неправильно вы всё делаете. Так вам её нипочём не вытянуть. Тут нужна не грубая сила, а тонкий подход. Я бы даже сказала, некий обряд...

Бабка хихикнула. Дед покраснел и смущенно откашлялся.

Перед тем, как сеять по весне Репку, сдуру прочел он городскую бесплатную газету. Лунный календарь, древние обряды плодородия и всё такое... Нет, чтоб сразу на самокрутки извести! Хорошо хоть, Внучка дома не ночевала, не видела, как он под Луной скакал в огороде без исподнего, взывал к Велесу и Роду, припадал к грядке ничком с воплями: "Прими семя, матушка сыра-земля!" Истинно, бес попутал. Еле-еле тогда его Жучка с Кошкой водой отлили...

Мышка поморщилась:

– К чему такие крайности! Я говорю о простом и незатейливом веганском обряде.

Поправила на носу очки и ...

"...Иголка – в яйце, а в иголке – нитка!"

Посвящается taffy729

На стук открыл сам Кощей.

– Здрасьте! – смутился Иван и задвинул ногой принесенный сундук подальше за спину. – А Василиса дома?

Кощей сундук все равно заметил, но от комментариев воздержался. Как и от ответа. Оглядел Ивана с ног до головы, ехидно сказал:
 – А, явился, лягушатник!

– Папа!!! – возмущенно закричала из своих палат Василиса.

Кощей захохотал, посторонился, пропуская Ивана, запер дверь, выдал Ивану тапки наподобие тех, что в музеях, и ушел, шаркая ногами, в подземелье, загремел там цепями, подвешиваясь.

– Чего ты там возишься? Проходи скорей, – выглянула Василиса. – Принёс?

– А то! – сказал Иван и поволок кованый сундук за собой на обрывке цепи.

– Паркет не царапай! – сердито крикнули из подземелья.

Иван испуганно подхватил сундук на руки, засеменил, выпадая из тапок.

Василиса ждала, держа наготове фомку.

– А, знаешь, чего я решительно не понимаю..., – Иван уселся поудобнее, наблюдая, как Василиса поддевает крышку сундука.

Крышка отщелкнулась, наружу выбрался матерый заяц, встряхнулся по-собачьи, сел и внимательно уставился на Ивана.

– Вот и мне тоже интересно: чего тебе тут непонятно? – спросил заяц.

капитан алатристе

Про то, как Иван нашёл Кощееву смерть

Иван тщательно запер двери и обошёл дворцовый покой, желая убедиться, что все окна и форточки тоже закрыты как следует. Затем застелил чистой холстиной дорогой стол из рыбьего зуба и последовательно разложил на ней ломик, рогатину, кинжал, лук, маленькую серебряную ложечку, топор и кусачки. Оглядел хозяйским взглядом инструменты и ложечку поправил. Достал из поставца чарку и штоф водки, не спеша налил, выпил, крякнул, обтёр усы и занюхал луковицей. Поплевал на руки и взялся за ломик.

Это был юбилейный, шестисотый сундук. Ещё в бытность свою юным царевичем Ванятка задался благородной целью найти Кощееву смерть и изничтожить злодея самым решительным образом. Много с тех пор воды утекло, много полегло медведей и прочей живности, а придворный иностранец Фабержей обогатился, скупая оптом скорлупу от расколотых яиц и делая из неё сувениры. Ванятка стал Иванушкой, а потом Иваном и получил прозвище "Седьмой", потому что ровно шесть Иванов в царском роду до него проводили свои дни в неустанной борьбе с сундуками.

К сожалению, всё это были не те сундуки. Их везли со всех концов света, сундуки были самые разные, и медведи из них вылезали самые разные (деду нынешнего Ивана, помнится, попался даже белый, из-за чего его сын вынужден был сесть на царство гораздо раньше, чем предполагал), утки, зайцы и иглы также отличались разнообразием, но беда в том, что Кощей в результате всех этих действий так ни разу и не умер.

Но этот сундук - огромный, неподьемный, кованый, поросший мхом и соплями, - уж точно был такой, какой надо. Отработанным движением Иван поддел замок и тот, хрястнув, разломился на две неравноценные половины. Иван отскочил и схватил рогатину.

Из сундука, однако, никто не лез. Немного подождав, Иван концом рогатины осторожно ковырнул крышку сундука, но ничего не произошло. Иван подошёл ближе и ткнул в щель рогатиной. Заиграла тихая музыка, и крышка открылась.

Collapse )

"Уж больно ты грозен, как я погляжу!"

Иван проломился сквозь кусты и оглядел болото.

Посреди трясины на кочке сидела и что-то грызла огромная собака.

Глаза - как плошки. И светятся. Сама вся - тоже.

Собака посмотрела на Ивана, отложила ногу в ботинке, утерла губы и сказала:

– Ну?

– Даже и не мечтай, – сказал Иван. – Я совсем по другому делу.

Собака ухмыльнулась.

– А жаль, – сказал она. – Так чего пришел, говори?

– Годи! – сказал Иван. – Сейчас...

Он огляделся, выбрал место посуше, сел и развязал походный мешок. Порывшись, достал оттуда и показал собаке огниво.

– Спасибо, не курю, – вежливо сказала собака.

– Да я и сам это зелье не очень, – сказал Иван. – Так только, иногда, когда в шахматы много проиграю. Тут другое...

Собака заинтересовалась и села поудобнее...

(а дальше?)

«Так не доставайся же никому!»

Иван продрался сквозь камыши, оглядел заболоченное озерцо и помахал рукой.

Лягушка в ответ разулыбалась и тоже помахала зажатой в лапке стрелой.

Кряхтя, Иван разулся-разделся и полез в воду, целоваться.

Вода была холодной и мутной.

Загребая ил ногами, Иван добрел уже до середины, когда сзади окликнули:

– Эй, ты куда это?

Иван обернулся. В камышах стояла, подбоченившись, Марья Моревна.

Пока Иван соображал, что ответить, она тоже огляделась, увидала надувшуюся и тоже подбоченившуюся лягушку, всё поняла.

– Паразит ты, паразит, – с надрывом начала она. – А помнишь, что ты мне говорил?...

На другом берегу затрещали кусты. Тяжело дыша и высунув язык, к воде припал Серый Волк, начал шумно лакать.

Елена Прекрасная неторопливо спешилась, откашлялась и немедленно присоединилась к Марье на тон выше:

– ...Ты какие клятвы мне давал, а?

Волк, напившись, виновато посмотрел на Ивана и развел лапами.

Сверху в воду с шумом и плеском бухнулась голубица, вынырнула, обернулась красной девицей, сбросила с белого тела сорочку...

(читать дальше)

"Купаться запрещено!"

Василису, хоть она и считалась Премудрой, сгубило желание всегда и во всём быть лучше жён старших царевичей.

Мало ей было, что и караваи у нее пышней, и ковры узорнее, и танцы виртуозные, с голограммами... Нет, подавай ей сплошное цициус, альциус, форциус!

Бывало, пойдут купаться на реку, затеют плавать наперегонки - так она обратно в лягушку перекинется и шпарит брассом от берега к берегу, пока те плюхают с визгом по-собачьи.

Ивана эти метаморфозы сильно беспокоили, как чуял беду. Он даже самолично по берегу бегал, таблички запретительные ставил - и "ОСВОД предупреждает", и "За буйки не заплывать!", и даже вовсе "Купаться запрещено!", да куда там...

И вот однажды старшие невестки сговорились и говорят: "Ну, Васька, спору нет - по-лягушачьи ты плавать мастерица. А вот давай, кто глубже нырнет и дольше на дне просидит!"

Василиса только усмехнулась над глупостью их, совсем подвоха не почуяла...

(читать дальше)